Изображения: Выкл Вкл Шрифт: A A A Цвет: A A A A Обычная версия

расширенный поиск

Храмосозидание как одна из широчайших благотворительных акций купечества Прикамья

Редко кто из русских купцов не мечтал построить на собственные деньги храм. В этом проявлялась попытка, своего рода, совместить реальные жизненные дела и стремление к спасению души, желание смягчить "греховный характер" торгово-предпринимательской деятельности. Стремление избежать внутреннего душевного разлада, жить в согласии со своей совестью, усиленное строгим религиозным воспитанием и религиозными представлениями о душе в потустороннем мире, было главнейшей побудительной причиной расцвета российского купеческого меценатства. Конечно, были и другие причины: богатство и общественное признание, льготы и привилегии, поощрительное налоговое обложение.(1)

Работая над справочником-указателем по фондам Центрального государственного архива Удмуртской Республики "Православные храмы Удмуртии"(2), мы обнаружили, что действительно значительная часть церквей была построена на купеческие пожертвования. Об этом свидетельствуют документы, отложившиеся в фондах духовного ведомства: церковно-приходские летописи, клировые ведомости, синодики, переписка строительных комитетов церквей.

Наиболее щедрыми жертвователями были елабужские купцы: Ф.Г.Чернов, Стахеевы, Ушковы, сарапульские купцы: Ижболдины, А.Т.Шитов, Н.В.Смагин, Н.А.Дедюхин. Выгодное географическое положение Елабуги и Сарапула способствовало формированию купеческих капиталов.

Федор Григорьевич Чернов, купец I гильдии, потомственный почетный гражданин г.Елабуги нажил свой капитал на торговле хлебом. Для оказания помощи в постройке храмов он создает собственный "Благотворительный Черновский комитет", владевший значительным капиталом, проценты с которого шли в течение 1844-1912 гг. на строительство и обустройство храмов в инородческих селениях (3). В 60 тыс. рублей обошлось строительство первых церквей в удмуртских селах Александрово и Варзи-Ятчи Ф.Г.Чернову в 1841-1845 гг.

В 1847 г. меценат направляет заявление в Елабужский городской магистрат, в котором сообщает, что неизвестное лицо передало ему 150 тыс. руб. на постройку 5 каменных церквей в дальних удмуртских селениях. В дальнейшем эта сумма неоднократно увеличивалась. К 1848 г. она составила 200 тыс. рублей серебром (4). 21 каменная церковь была построена в удмуртских селах на деньги этого елабужского купца. Подробная переписка Ф.Г.Чернова с причтом церкви по строительству храмов отложилась в архивных фондах Двенадцати-Апостольской церкви с.Ежево Глазовского уезда; Свято-Троицкой церкви с.Валамаз, Петропавловской церкви с.Большая Норья, Христорождественской церкви с.Кекоран Сарапульского уезда; Покровской церкви с.Большая Кибья, Введенско-Богородицкой церкви с.Нынек Елабужского уезда, Успенско-Богородицкой церкви с.Старый Мултан, Царево-Константиновской церкви с.Селты, Петропавловской церкви с.Тыловыл-Пельга Малмыжского уезда (5).

Так, в фонде Двенадцати-Апостольской церкви с.Ежево Глазовского уезда Вятской губернии было обнаружено 7 дел переписки Федора Чернова с причтом церкви по вопросам строительства и благоустройства каменного храма за 1847-1860 гг. (строительство церкви началось в 1853 г., главный престол освящен в 1864 г.). Личные письма Ф.Чернова отцу Матвею раскрывают перед нами человека горячо верующего, делового, оборотистого. Судя по письмам, он сам выбрал проект постройки храма, давал советы по поводу закладки фундамента, закупал плиты и отправлял их на 10-ти подводах в глухой Глазовский край. В одном из писем за 1857 г. он сообщал, что договорился для росписи церкви с известным резчиком Евтихсеем Смирновым, а с мещанином г.Вятки Семеном Ганцыревым подписал контракт "по производству ковки при постройке Ежевской церкви и закрытию ее железом". Далее он сообщал, что переслал иконы, написанные уважаемым иконописцем Кориным и духовные отцы г.Елабуги оценили их по достоинству (6).

Любопытный вопрос: почему Чернов строил храмы именно в удмуртских селениях. Е.Ф.Шумилов, доктор исторических наук, краевед выдвигает версию его удмуртского происхождения. "Чернов, - считает Е.Ф.Шумилов, - стремился приобщить к православной вере как можно больше сородичей, ведь храм становился для удмуртов училищем веры и благочестия", а священник, "стоявший значительно выше местного населения по своему образованию, служил посредником между инородцами и остальным культурным миром" (7).

Путь к нравственному оздоровлению человека через служение Богу видели и представители елабужского купеческого рода Стахеевых. В круг их деятельности входили: торговля хлебом на внутреннем и внешнем рынках, издательское дело, вопросы земледелия и сельского хозяйства, торговля нефтью и керосином, мануфактурой и другими товарами (8). В начале 70-х гг. XIX в. был образован "Благотворительный братьев Дмитрия Ивановича и Ивана Ивановича Стахеевых комитет", владевший капиталом более 2 млн. руб., проценты с которого "шли на устройство церквей и текущие дела благотворительности по заявлениям и просьбам нуждающихся не только Прикамья, но и всей России" (9).

На территории Удмуртии Стахеевы принимали участие в постройке 8 храмов в селах: Голюшурма (1897 г.), Петропавловское (1868 г.) Елабужского уезда; Деменлуд (1901 г.), Мартелово (1906 г.) Глазовского уезда; Космо-Дамианское (1895 г.), Малая Пурга (1902 г.), Перевозное (1880 г.) Сарапульского уезда, Каксинвай Малмыжского уезда (1899 г.) Вятской губернии (10).

Одним из самых ярках представителей этого купеческого рода был Иван Иванович Стахеев (1802-1885). На заседании Елабужской городской думы 17 октября 1876 г. он в своей вступительной речи высказал личную жизненную позицию: "Дожив до старческих лет и с помощью Всемогущего Бога, составив трудами своими достаточный капитал, с самого начала своей торговой деятельности дал пред господом Богом такой обет: помогать нуждающейся меньшей братии, способствовать распространению христианской религии устроением храмов Божьих и вообще благотворить по силе возможности своей, а затем остальной благоприобретенный капитал завещать нашему обществу с тем, чтобы дело благотворения передавалось и по переходе его в загробную жизнь и распространялось бы на все будущее поколение посредством сооружения вновь и поддержания существующих храмов, а также и пособие беднейшим неимущим жителям всех сословий нашего края" (11).

Как православному русскому человеку, Ивану Ивановичу была чужда идея стяжательства, богатства ради богатства. Богатство для него это не самоцель и не путь к наслаждению жизнью, а средство делать добро, служить людям.

Памятником при жизни И.И.Стахееву был прекрасный Казанско-Богородицкий женский монастырь, построенный им в г.Елабуге в конце XIX в. В монастыре проживало около 200 сестер, особое восхищение прихожан вызывала богатейшая Воскресенская церковь. Общая стоимость постройки составляла 300 тыс. руб. серебром. Рядом с монастырем купец выстроил богадельню и при ней приют и школу для девочек-сирот, причем при достижении совершеннолетия девочки выходили из этого заведения с пособием не менее 50 руб. (12).

За свою благотворительную деятельность Иван Иванович был неоднократно отмечен государственными орденами и медалями.

С Елабугой за право называться главными воротами на водной дороге к Уралу спорил купеческий Сарапул. Вся жизнь уездного города была связана с Камой. В XIX в. Сарапул стремительно развивался. Купцы и промышленники богатели на выгодных подрядах, крестьяне на сбыте хлеба и скота. Прибрежная часть города была полностью застроена причалами и перевалочными складами. По переписи 1897 г. в Сарапуле проживало 21.398 чел., по численности жителей он занимал второе место среди городов Вятской губернии.(13) Три четверти населения города было занято производством обуви.(14) Во главе кожевенного производства стояли Барабанщиковы, Дедюхины, Смагины, Пешехоновы. Они принимали активное участие в работе органов городского общественного самоуправления. В 1876 г. начала свою работу Сарапульская городская дума, первым председательствующим был избран купец II гильдии Г.Д.Пешехонов, а 17 из 29 гласных принадлежали к купеческому сословию. "Отцы города", удостоенные доверия сограждан, умели употребить общественный капитал с максимальной выгодой. На нужды общества городская дума ежегодно отчисляла определенную сумму, выплачивала дотации, выделяла ссуды неимущим гражданам. Но этих средств было недостаточно, и тогда на помощь приходила частная благотворительность. Делом чести для предпринимателей считалось участие в деятельности Сарапульского благотворительного общества, образованного в 1875 г. Стремление жить "с волей божьей" выразилось у купцов в пожертвованиях на богадельни, приюты, школы, больницы, каких не видел иной губернский город. Щедрые пожертвования делались на строительство и содержание храмов. Одним, пожалуй, из самых богатых предпринимателей Сарапула был Алексей Трофимович Шитов, потомственный почетный гражданин, купец I гильдии. С большой долей уверенности можно предположить, что основной свой капитал нажил на торговле хлебом. Будучи купеческим сыном, он получил большое наследство: два каменных дома в Сарапуле и торговые заведения. Выгодно женившись на купеческой дочери Анастасии Никандровне Дедюхиной, он увеличил свой капитал. Деловой предприниматель, неутомимый труженик, он из года в год приумножал свое семейное наследие. Из его формулярного списка видно, что кроме промышленного заведения, мукомольной мельницы, хлебных амбаров, 2-х домов в Сарапуле, он имел каменные дома в г.Уфе и С.-Петербурге. Кроме предпринимательской деятельности он занимался и большой общественной работой: 5 раз выбирался гласным городской думы и 2 раза городским головою.(15)

Будучи глубокорелигиозным человеком А.Т.Шитов сделал значительные пожертвования в пользу церквей. Так, в 1883 г. вместе с купцами Д.Г.Ижболдиным, А.О.Башениным он жертвует деньги на устройство Алексеевской домовой церкви при Сарапульском реальном училище,(16) в 1897 г. обустраивает полностью на свои деньги Николаевскую домовую церковь при Сарапульском духовном училище,(17) в 1900 г. при городском кладбище (с южной стороны) строит и снабжает утварью Двенадцати-Апостольскую церковь, в которой его и отпевают в ноябре 1905 г.(18)

Другой сарапульский купец Николай Васильевич Смагин, владелец кожевенно-сапожной фабрики, будучи церковным старостой Покровской церкви, на свои деньги обновил внутренний вид церкви: вызолотил иконостас, реставрировал святые иконы, настелил паркетный пол. В 1902 г. отремонтировал колокольню и выстроил часовню между колокольней и Покровской церковью в память выздоровления императора Николая Александровича. Через 3 года на его же средства расширили Петропавловскую церковь по проекту известного вятского архитектора И.А.Чарушина, пристроив трапезный храм, в котором устроили 2 боковых придела. В 1916 г. Н.В.Смагин передал безвозмездно Покровской церкви 2-х этажный дом с лавками и надворными постройками.

За сделанные пожертвования в пользу церкви в 1904 г. Н.В.Смагин был представлен к званию потомственного почетного гражданина, в этом же году награжден орденом Св. Станислава III степени "За столь щедрое пожертвование в церковь Божию и за продолжительное служение в должности церквного старосты", в 1905 г. – золотой медалью на Андреевской ленте для ношения на шее за заслуги по духовном ведомству, в 1909 г. был пожалован орденом Св.Анны III степени за сооружение храма в с.Тушка Малмыжского уезда Вятской губернии.(19)

Надо заметить, что за свою службу церковный староста ничего не получал, кроме благодарности, уважения, авторитета. Должность была выборная, через каждые 3 года избирался самый достойный из прихожан. Н.В.Смагин служил в этой должности 16 лет. Законом предписывалось, чтобы староста присутствовал при каждом богослужении и сам лично продавал свечи, замены ему не разрешалось, отлучиться из храма для поездки в другой город или по хозяйственным делам он мог только в экстренных случаях.(20)

В 1913 г. Николай Васильевич открыл богадельню для "престарелых немощных рабочих и членов их семейств" и приют для мальчиков. Заботясь о религиозно-нравственном воспитании призреваемых, он решил устроить в одной из комнат домовую церковь, которую освятили по указу Сарапульского духовного правления в ноябре 1913 г. в честь Св.Анны Пророчицы, сделали ее приписной к Покровской церкви.(21)

Устройство за свой счет богаделен было для купцов, предпринимателей традиционной формой церковного покаяния и общественного служения. На рубеже XIX-ХХ вв. богоугодные заведения появились во всех уездных центрах России.

На производстве кожевенной обуви, продаже леса, хлебной торговле нажила свой капитал пермско-сарапульская купеческая династия Дедюхиных. Представители этой династии отличались большой религиозностью. Еще в 1877 г. пермский купец I гильдии Никандр Алексеевич Дедюхин на свои деньги выстроил каменную церковь с тремя приделами для женской общины сестер трудолюбия в г.Сарапуле, позднее преобразованной в Благовещенский общежительный монастырь (1881 г.).(22) В 1895 г. его брат – сарапульский купец I гильдии Иван Алексеевич Дедюхин начал, а сын Николай Иванович Дедюхин в 1899 г. завершил строительство двухэтажного каменного здания для проживания сестер монастыря (по переписи 1897 г. в монастыре числилось 103 чел.),(23) стоимость постройки оценивалась в 36 тыс. руб.

На втором этаже здания была устроена домовая церковь во имя Святой мученицы Александры, церковь "вмещала более 400 чел. молящихся".

Каждый православный меценат почитал за честь участвовать в украшении "своего" храма. Так и Николай Иванович "снабдил церковь всей необходимой утварью и ризницей". В 1902 г. приобрел для церкви "серебряную, вызолоченную эмалью ризу на икону Божьей матери Черниговской за 1577 руб.", подвел к дому водопровод, "ежегодно отпускал на отопление каменного корпуса 180 руб.", - сообщала в Сарапульское духовное правление настоятельница Сарапульского Благовещенского женского монастыря игуменья Ангелина 27 апреля 1902 г.(24)

В декабре 1905 г. Сарапульское духовное правление на своем заседании рассматривало вопрос о представлении к награде потомственного почетного гражданина сарапульского купца I гильдии Н.И.Дедюхина за сделанные им пожертвования в пользу епархиального ведомства.

На заседании член духовного правления протоиерей Вячеслав Бережный отметил, что "господин Дедюхин ежегодно жертвует на храмы, монастыри и церковные иконы, он очень отзывчив на всякое доброе дело: кто бы ни обратился к нему за помощью, никому не отказывает, жертвует десятками и сотнями рублей. Утвердительно можно сказать, что Дедюхин является первым и крупным жертвователем г.Сарапула. Причем особенную ценность имеют его жертвы в том отношении, что они вытекают не из-за каких-то самолюбивых целей, а является результатом его христианской любви".

Сарапульское духовное правление направило ходатайство в Вятскую епархию с просьбой о награждении Н.И.Дедюхина орденом Св.Анны III степени. Этот орден был "всемилостивейше пожалован" 3 февраля 1909 г., когда Н.И.Дедюхину исполнился 51 год.(25)

Как видим, вкладывая капиталы в развитие торговли и промышленности, вятские купцы немалую долю прибыли определяли на благотворительность. Не только храмы строились на пожертвования купеческого сословия – открывались учебные заведения, создавались дома для инвалидов, вдов, престарелых, бездомных, организовывалась медицинская помощь населению. Но именно в строительстве церквей наиболее ярко выразился менталитет прикамского купечества XIX – нач.ХХ вв. Это полная отдача своему делу, ибо труд всегда являлся добродетелью для торгового люда. Это стремление жить по христианским заповедям: не солги, не убий, не укради. Это шаги к покаянию, как своеобразная реакция на характерное для православной этики негативное отношение к богатству. Такое покаяние выражалось в многочисленных и нередко весьма крупных пожертвованиях "на благо народа и церквей", в личном участии купцов на общественном поприще, в разнообразных благотворительных и филантропических акциях и меценатстве.

И.Н.Зайцева,
начальник отдела информации и публикации ЦГА УР

Примечания:

1. А.В.Семенова. Менталитет купечества в период становления российского предпринимательства //Отечественная история. 1998. № 6. С.21; История предпринимательства в России. Вторая половина XIX – начало ХХ века. М., 1999. С.480.
2. Православные храмы Удмуртии. Справочник-указатель. Ижевск. Удмуртия. 2000. – 480 с.
3. Н.П.Лигенко. Купечество Удмуртии. Ижевск. 2001. С.246.
4. Там же. С.270.
5. ЦГА УР, ф.45, оп.1, д.1, 13, 17, 19, 21; ф.77, оп.1, д.4, 22, 28-44; ф.245, оп.4, д.109, 111, 113, 114; ф.57, оп.1, д.5-12, 14-17; ф.245, оп.4, д.130; ф.305, оп.1, д.1; ф.75, оп.1, д.34-35; ф.245, оп.3, д.657; ф.78, оп.1, д.47-58; ф.245, оп.3, д.341, 660; ф.245, оп.3, д.657.
6. ЦГА УР, ф.45, оп.1, д.11, л.4-5; д.17, л.19; д.41, л.4.
7. Отчий край. Ижевск, 1993. С.123.
8. 1000 лет русского предпринимательства: из истории купеческих родов. М., 1995. С.224.
9. Н.П.Лигенко. Купечество Удмуртии. Ижевск, 2001. С.246.
10. ЦГА УР, ф.245, оп.1, д.4930, л.1; оп.3, д.659, л.47, 55-56; оп.4, д.93, л.125об; д.96, л.27об; ф.10, оп.1, д.3, л.2, 6об; д.4, л.10об; ф.190, оп.1, д.276, л.105; ф.18, оп.1, д.75, л.10об; ф.134, оп.1, д.939, л.496.
11. Н.П.Лигенко. Купечество Удмуртии. Ижевск, 2001. С.247.
12. ГАКО, ф.582, оп.26, д.846, л.56. Н.П.Лигенко. Купечество Удмуртии. Ижевск, 2001. С.251.
13. Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Вятская губерния. Вятка, 1904. С.1.
14. Сарапул. Документы и материалы. 1596-1985. – Ижевск. Удмуртия, 1987. С.50.
15. Н.П.Лигенко. Купечество Удмуртии. Ижевск, 2001. С.285.
16. ЦГА УР, ф.245, оп.4, д.95, л.37-37об.
17. Там же, ф.351, оп.1, д.65, л.1.
18. Там же, ф.445, оп.1, д.154.
19. ЦГА УР, ф.245, оп.1, д.5137, л.7об-8об.
20. Православные храмы Удмуртии. Справочник-указатель. Ижевск, 2000. С.18.
21. ЦГА УР, ф.245, оп.1, д.6079.
22. Там же, ф.245, оп.4, д.95, л.95об.
23. Там же, ф.236, оп.1, д.197, л.336-347; ф.245, оп.2, д.828, л.1.
24. ЦГА УР, ф.245, оп.1, д.2483, л.13об.
25. Там же, ф.245, оп.1, д.2483, л.16об-17, 27.