Изображения: Выкл Вкл Шрифт: A A A Цвет: A A A A Обычная версия

расширенный поиск

«Выборы 1990-х в Удмуртии»


Геополитические, социокультурные и экономические изменения, смена вектора развития государства и общества, оформление новых демократических институтов стали отправной точкой в эволюции российской государственности в 1990-е гг. Конституционная реформа, а вместе с ней реорганизация всей системы органов государственной власти в России, потребовала от граждан страны реализации своих конституционных прав, одно из которых право выбирать и быть избранным.

В рамках статьи внимание обращено на выборы в законодательный (представительный) и контрольный орган Удмуртской Республики – Государственный Совет Удмуртской Республики первого (1995-1999 гг.) и второго (1999-2000 гг.) созывов. Рассмотрены условия, этапы и результаты электорального процесса в 1995, 1999 гг. в Удмуртской Республике.

В соответствии с первой Конституцией Удмуртской Автономной Советской Социалистической Республики (Удмуртской АССР), принятой 14 марта 1937 г. чрезвычайным Вторым Съездом Советов Удмуртии, высшим органом государственной власти республики был Верховный Совет Удмуртской АССР в составе 200 депутатов, избиравшихся сроком на 4 года. В декабре 1994 г. его правопреемником стал Государственный Совет Удмуртской Республики.

Последний в советской истории республики Верховный Совет Удмуртской АССР 12-го созыва приступил к работе в апреле 1990 г. Действующее законодательство устанавливало срок его работы до декабря 1994 г., тогда же должно было быть принято решение о выборах в законодательный орган власти Удмуртии нового созыва.

В декабре 1993 г. – апреле 1994 г. в России развернулась избирательная кампания, призванная сформировать новый состав органов представительной власти в регионах. Впервые в истории Российской Федерации выборы проходили не по единому федеральному законодательному акту, а на основе местного законодательства субъектов федерации, не противоречащего Конституции. Избирательная кампания проходила по мажоритарной системе – системе, при которой избранными считаются кандидаты, получившие большинство голосов избирателей по своим избирательным округам с учетом количества избирателей. В Удмуртии было организованно 100 избирательных округов на 1 млн. 110 тыс. 912 избирателей. Нововведением в избирательной кампании весны 1995 г. в Удмуртии было то, что наряду с кандидатами, выдвинутыми группами избирателей, в ней принимали участие кандидаты от избирательных блоков. Самым многочисленным был блок «Удмуртия», выдвинувший 73 кандидата из состава Федерации профсоюзов УР, Союза женщин УР, Союза интеллигенции УР, Удмуртской республиканской организации ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов, и кандидатов, выдвинутых группой избирателей, среди которых, в том числе, был Председатель Совета Министров УР, депутат Федерального Собрания РФ А.А. Волков. Таким образом, блок выражал интересы истеблишмента республики. Левый фланг представлял блок Коммунистической партии Российской Федерации (КПРФ) с 45 кандидатами, среди которых был бывший первый секретарь Удмуртского обкома Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) Н.И. Сапожников. Российская Коммунистическая Рабочая Партия (РКРП) в этот блок не вошла по причине идеологических разногласий с его членами и выступила отдельным блоком совместно с Союзом рабочих, крестьян, специалистов и служащих Удмуртии, выдвинув 27 кандидатов. Такое идейно-политическое размежевание отрицательно сказалось на результатах избирательной кампании обеих коммунистических организаций. Расколов традиционно единый «левый» электорат, они лишили себя возможности иметь большинство в Государственном Совете Удмуртии. Блок «Свобода, законность, согласие», выражающий интересы республиканского бизнеса, был представлен Союзом предпринимателей Удмуртии, Союзом ветеранов Афганистана Удмуртской Республики, Удмуртским региональным отделением движения «Демократическая Россия», Удмуртским региональным отделением Партии экономической свободы и выдвинул 44 кандидата. Национальные движения сформировали блок «Удмурт кенеш» численностью 47 кандидатов в составе Ассоциации «Удмурт кенеш», Удмуртской молодежной организации «Шунды», Общества удмуртской культуры «Дэмэн». Экологические и природоохранные организации сформировали «Социально-экологический блок» из представителей Экологического союза – регионального отделения Российского социально-экологического союза и Общества лесоводов УР, представив 19 кандидатов. Существовали и менее массивные блоки и объединения, например, Республиканский центр поддержки самоуправления (11 кандидатов), Удмуртское представительство конфедерации деловых женщин России (12 кандидатов), Ассоциация ученых Удмуртии (4 кандидата), Конференция Удмуртского республиканского фонда инвалидов войны в Афганистане (2 кандидата), Ассоциация жертв политических репрессий (1 кандидат). В избирательной кампании 1995 г. в рамках блоков было представлено 33% от общего количества политических партий и общественно-политических объединений республики, зарегистрированных на начало 1995 г. Всего за 100 депутатских кресел боролись 695 кандидатов, из них 23 % – руководители промышленных предприятий, 12,66 % – бывшие депутаты Верховного Совета Удмуртской АССР, 10,3 % – работники коммерческих структур.

Избирательная кампания 1995 г. в Удмуртии началась в сложный, переходный для республики период, что не могло не отразиться на ходе электорального процесса. Конверсия промышленных предприятий республики, изменение структуры производства, интеграция в новые рыночные отношения напрямую сказались на объемах оборонных заказов, которые снизились с 57,8% до 20,7%. Несмотря на многочисленные просьбы руководителей предприятий к Совету Министров Удмуртии, их финансовая поддержка ежегодно снижалась. Объем промышленного производства предприятий Удмуртии составил 44 % от уровня 1990 г., четверть штата сотрудников была сокращена. К концу 1994 г. в органы службы занятости Удмуртской Республики обратились около 100 тыс. человек или каждый десятый житель республики. Безработица возросла до 7,8 % и составила один из самых высоких показателей в России. Как следствие снизились и реальные доходы населения. Так, средняя зарплата на предприятиях республики на конец 1994 г. составляла 123 тыс. руб., что было существенно ниже, чем в соседних регионах. Доля убыточных предприятий увеличилась до 46,1 %. К концу 1994 г. неплатежеспособными были признаны такие градообразующие промышленные гиганты как АООТ «Ижмаш» и ГПО «Воткинский завод» (на предприятии были заняты 42,4% трудоспособных жителей г. Воткинска). Только за период 1993-1994 гг. неплатежеспособными были признаны 34,5 % предприятий Удмуртии, что повлекло за собой убытки до 19,6 млрд. рублей, из-за чего бюджет республики недополучил 160,3 млрд. рублей. Экономическая нестабильность повлекла за собой социальную напряженность. Возрос уровень преступности, при снижении раскрываемости преступлений до 46,2%. Снизился естественный прирост населения: 21,8% смертности при 17,1% рождаемости. Средняя продолжительность жизни к 1995 г. по сравнению с 1990 г. сократилась с 69 до 64 лет.

Таким образом, к началу избирательной кампании 1995 г. электорат республики подошел в стрессовом состоянии, что тоже отложило свой отпечаток – являясь аполитичным с одной стороны, с другой – он легко поддавался популистским лозунгам кандидатов и подкупу в виде раздачи продуктовых наборов и бесплатных обедов. В ходе кампании распространялось большое количество печатной продукции, где вместе с информацией, не относящейся к выборам (календари, буклеты, приглашения на культурно-массовые мероприятия), печатались сведения о том или ином кандидате, при этом, часто не указывался производитель (типография и заказчик) печатной продукции, что было прямым нарушением закона о выборах в Государственный Совет Удмуртской Республики. О нарушениях избирательного законодательства говорит большое количество жалоб, как избирателей, так и самих кандидатов, направленных в Избирательную комиссию Удмуртской Республики и Прокуратуру Удмуртской Республики.

Избирательные участки для голосования по выборам депутатов Государственного Совета Удмуртской Республики открылись в 7 часов утра 26 марта 1995 г. Вместе с выборами проводился Всенародный опрос о введении в Удмуртии поста Президента (Главы) республики, в соответствии с общефедеральной практикой. На тот момент Удмуртия оставалась единственным субъектом федерации, где высшим государственным должностным лицом являлся Председатель Государственного Совета УР.

Итогом дня голосования стало избрание всех 100 депутатов Государственного Совета УР первого созыва. В соответствии с постановлением Избирательной комиссии УР выборы были признаны действительными. В целом, в голосовании приняли участие 523 743 человека, явка избирателей составила 46,98%. За введение поста Президента (Главы) Удмуртской Республики высказалось 30,24% избирателей, против – 63,72%. В итоге это решение было отложено еще на 5 лет. Несмотря на успех избирательной кампании, высоким оказался процент испорченных (недействительных) бюллетеней – 9,08 %, «против всех кандидатов» проголосовало 5,94% избирателей. Таким образом, эти данные в совокупности с низким процентом явки дают основание предположить, что доверие вновь сформированному органу власти выразили меньше одной трети избирателей Удмуртии, тогда как сниженный до 25% порог явки все же обеспечил выборам успех, а новой власти – легитимность.

Как и предполагалось, большинство в Государственном Совете Удмуртской Республики получили представители истеблишмента, из них 60 депутатов – представители органов местного самоуправления, 31 человек – уже были депутатами Верховного Совета предыдущих созывов, 12 депутатов – женщины. Позиции партий и общественно-политических объединений выглядели следующим образом: блок «Удмуртия» получил 21 депутатский мандат, КПРФ – 10, РКРП – 5, «Центр поддержки самоуправления» – 3, «Свобода, законность, согласие» – 2, «Конфедерация деловых женщин» – 1. Несмотря на многочисленность кандидатов национального движения «Удмурт кенеш», его представителям не удалось попасть в законодательный орган власти, однако 16 депутатов-удмуртов все же получили депутатские кресла от других объединений или как самостоятельные кандидаты. В целом, национальный состав Госсовета УР выглядел следующим образом: русские – 76 человек, удмурты – 16, татары – 5, белорусы – 2, кореец – 1.

Новому органу законодательной власти республики предстояло решить ключевую задачу того времени – вывести Удмуртию из затяжного экономического кризиса, обеспечить стабилизацию основных показателей развития, сократить её отставание от соседних республик и областей.

О необходимости стабилизации ситуации в республике свидетельствовал продолжавшийся системный кризис экономики, пик которого пришелся на 1998 г. – период окончания работы Государственного Совета Удмуртской Республики первого созыва. Республика, по-прежнему, переживала тяжелейший экономический кризис. Дефицит бюджета Удмуртии в 1998 г. составил 121,9 млн. рублей, что вынудило руководство республики искать финансовой поддержки у Российской Федерации, с соответствующей просьбой Председатель Госсовета УР А.А. Волков обращался к Председателю Правительства России С.В. Кириенко. Объем промышленного производства составлял 2530,0 млн. руб. Для сравнения в Республике Башкортостан и Пермской области он составлял 7925,0 млн. руб. и 6383,5 млн. руб. соответственно. Индекс потребительских цен 1998 г. вырос на 110% по сравнению с прошлым годом, при средней зарплате 822 руб. (в Пермской области – 1074 руб., Башкирии – 834 руб.). Доля убыточных предприятий, по-прежнему, оставалась высокой, и составляла 43,6 %.

Все это сильно повлияло на политический климат и расстановку сил в высших эшелонах власти республики накануне выборов в Госсовет Удмуртии второго созыва. Часть депутатов Госсовета УР, основу которых составляла фракция «Коммунисты Удмуртии», при поддержке депутатов из других объединений выступили в качестве оппозиции действующему Председателю Госсовета А.А. Волкову. Осенью-зимой 1998 г. представители оппозиции попытались внести изменения в Закон о выборах в парламент республики и увеличить количество депутатов до 140 человек за счет увеличения числа сельских округов. Таким образом, оппозиция рассчитывала увеличить количество своих сторонников, получить численный перевес в парламенте и иметь возможность противодействовать лобби. Ответной реакцией стало затягивание начала новой избирательной кампании. По закону срок полномочий действующего парламента Удмуртии истекал 26 марта 1999 г. Внеочередная сессия Госсовета УР, на которой предполагалось определить дату новых выборов, была назначена на 24 декабря 1998 г., однако, из-за неявки более 30 депутатов сессия была сорвана, та же ситуация повторилась и на следующий день. Это обстоятельство сильно обеспокоило Избирательную комиссию УР и вынудило в срочном порядке доложить об этом в Центризбирком России. Формально в создавшейся ситуации решение о дате выборов должна была вынести Избирательная комиссия УР. Вместе с тем препятствием в принятии решения было несоответствие около 20 норм республиканского законодательства федеральному законодательству о выборах. Соответствующий проект закона был подготовлен Избиркомом Удмуртии и внесен на рассмотрение Госсовета УР, однако, в июне-октябре 1998 г. депутаты в двух чтениях не достигли необходимого консенсуса, несмотря на просьбы Председателя Избиркома УР А.И. Тубылова ускорить процесс. Во многом благодаря нажиму со стороны Администрации Президента России и ЦИК РФ 28 января 1999 г. Закон УР «О выборах депутатов Государственного Совета Удмуртской Республики» все же был принят, датой проведения выборов определено 4 апреля 1999 г.

Как и 4 года назад на территории Удмуртии действовали 100 избирательных округов. Избирателей было зарегистрировано 1 млн. 169 тыс. 947 человек, кандидатов в депутаты – 587 человек. Отличительной чертой избирательной кампании 1999 г. стало то, что теперь кандидаты не делали ставку на объединения и блоки, как в ходе первой кампании, большая их часть выдвигалась группами избирателей или самовыдвижением (452 и 72 человек соответственно). Вместе с тем, общественно-политические организации принимали участие в выборах: КПРФ выдвинула 43 кандидата, Либерально-демократическая партия (ЛДПР) – 10, Объединение «Яблоко» – 4, Социально-экологический союз – 1, Удмуртская региональная организация Российской Народно-Республиканской партии (РНРП) – 2. В 1999 г. из 50 общественно-политических организаций республики, зарегистрированных Министерством юстиции УР, в выборах приняли участие лишь 10 %. Как и в ходе избирательной кампании 1995 г. в основе корпуса кандидатов в депутаты Государственного Совета Удмуртии второго созыва были руководители промышленных и сельскохозяйственных предприятий – 41 %, 16 % – государственные и муниципальные служащие, 12 % – депутаты Госсовета первого созыва.

Выборы депутатов Государственного Совета Удмуртии второго созыва завершились успешно, на избирательные участки пришли 601 821 чел., что составило 50,94 % от числа избирателей. Как и предполагалось, большинство кандидатов, получивших депутатские мандаты, составили беспартийные. Для политических партий результат выборов стал провальным, только КПРФ удалось получить представительство в Госсовете УР (9 депутатов). Вновь переизбран депутатом бывший Председатель Госсовета Удмуртской Республики первого созыва А.А. Волков. Как и 4 года назад большинство депутатов были представителями промышленных предприятий и организаций (55 человек), 20 человек – руководители местных органов власти и самоуправления. Таким образом, был еще больше укреплен корпоративно-хозяйственный характер парламента, что в целом сильно повлияло на стиль поведения высшего руководства республики, позволяя маневрировать и находить компромиссы, опираясь на корпоративные и отраслевые интересы. Национальный и гендерный состав в целом отражал ту же тенденцию, что и в прошлом составе Госсовета: русские составляли 72 человека, удмурты – 11, татары – 8, белорусы – 5, евреи – 2, грузины – 1, украинцы – 1. Женщины получили 8 депутатских мандатов. Меньшим оказался объем недействительных бюллетеней – 4,91 %, однако, 6,9 % избирателей проголосовали «против всех», увеличив этот показатель на 1% по сравнению с прошлым голосованием.

Несмотря на всю сложность и противоречивость электоральный процесс 1990-х гг. в Удмуртии показал преемственность в формировании высших органов государственной власти республики, проложил путь в государственное управление формирующейся бизнес-элите, отразил важнейший этап в эволюции государственной (политической) системы Российской Федерации от административно-хозяйственного метода управления в сторону корпоративно-хозяйственного.

Главный специалист
отдела использования документов ГКУ « ЦГА УР»
В.Н. Хохлов